Физический, эмоциональный и правовой террор. Недавний пропагандистский материал о планах в Украине и нераскрытое похищение Юсупа Межиева из Старых Атагов более 20 лет назад иллюстрирует российские методы подавления воли людей на оккупированных ею территориях.
В начале апреля прошлого года на российском государственном информационном ресурсе РИА Новости появилась статья некоего Тимофея Сергейцева. Она до сих пор не снята, висит там вот по этой ссылке: https://ria.ru/20220403/ukraina-1781469605.html, хотя лучшее доказательство планировавшегося российским руководством геноцида вряд ли можно найти. Озвученным в ней планам не суждено сбыться. И поэтому украинцам, если интересно узнать, что им было уготовано, стоит обратиться к отчетам правозащитников о второй русско-чеченской войне. Войне, в строго юридическом плане не законченной, выплеснувшейся сначала на сопредельные с Чечней российские регионы, продолжившейся в Сирии и с новой силой заполыхавшей сейчас на просторах Украины...
В статье на РИА Новости, к примеру, сказано, что взявшие в руки оружие украинцы «должны быть по максимуму уничтожены на поле боя» и что не следует проводить различий между военнослужащими армии Украины и ополченцами из территориальной обороны. Но «виновна и значительная часть народной массы». Тимофей Сергейцев обозначил большинство украинцев «пассивными нацистами» и «пособниками нацизма». Если переложить на почву русско-чеченской войны, то это калька с «пособников терористов». Используя данную формулировку, российские силовые структуры похитили вне боевых ситуаций десятки тысяч жителей Чечни. Многих из них убили, какую-то часть осудили по сфабрикованным после пыток уголовным делам и держат по сегодняшний день в тюрьмах и колониях. Лишь небольшой части захваченных удалось вырваться из рук как бы правоохранителей. Часто – за деньги. Еще порядка 5-7 тысяч числятся исчезнувшими без вести. И это при численности населения Чеченской Республики в пору активных военных действий в начале двухтысячных примерно в 700-800 тысяч человек.
Но никакими цифрами невозможно передать муки отчаяния, через которые пропустили родственников похищенных, ложь и лицемерие, все, что им пришлось выслушать и пережить за многие годы поисков. Через что прошли «народные массы» в процессе «денацификации» Чечни по-российски, лучше всего видно на конкретных примерах.
В электронной базе Центра документации им. Натальи Эстемировой при Норвежском Хельсинкском комитете описана история незаконного задержания и последующего исчезновения 29-летнего жителя села Старые Атаги Юсупа Межиева. 23 июня 2002 года он с утра выехал в Грозный. Отдельная рота конвойной службы, где он работал в звании старшины, дислоцировалась там. Но на российском посту при въезде в город его задержали. Вооруженные люди в масках, обозначенные в материалах уголовного дела «неизвестными сотрудниками ФСБ», заявили, что требуется уточнить некоторые связанные с ним обстоятельства, и надели ему на голову мешок. Проезжавшие через блокпост люди потом рассказали, что Юсупа Межиева посадили в автомобиль марки УАЗ и увезли в сторону центра Грозного. Как выяснилось, в военную комендатуру. Кто-то из местных жителей увидел его там в наручниках и сообщил в село. Но приехавших родственников сотрудники комендатуры «успокоили»: Юсупа Межиева к ним не доставляли и о его задержании им, мол, ничего не известно.
На протяжении десяти с лишним лет российские власти только тем и были заняты, что создавали видимость расследования этого происшествия. На просьбы и заявления родственников оперативно, в предусмотренные процессуальным кодексом сроки отвечали, сообщали о возобновлении дела и опять же строго в соответствии с законом извещали о его приостановлении. Игра в пинг-понг продолжалась неделями, которые потом складывались в месяцы, а месяцы – в года без всякого значимого результата в деле прояснения дальнейшей судьбы задержанного при свидетелях на официальном российском посту сотрудника российской же милиции. Пусть и чеченца по национальности, но своего для многочисленных следователей, сотрудников прокуратуры, да что только их – всей вертикали российской власти, начиная от оккупационной, республиканской, и заканчивая чиновниками федеральной в самых высоких московских и даже кремлевских кабинетах. Родственники обращались во все доступные для них инстанции, били во все колокола, но так и не дождались ответа на свои простые вопросы: почему Юсупа Межиева задержали в тот день и куда потом доставили?
При этом те же следователи почти не отказывали в проведении дополнительных следственных действий.
– Хотите, чтобы снова допросили стоявших на посту военных? Да запросто – нет проблем!
А потом, спустя отведенное для этого по закону время, отсылали в Старые Атаги официальные письма в конвертах с марками и жирными штемпелями на обеих сторонах: дежурившие на посту опрошены, похитители им не знакомы и куда они увезли Юсупа Межиева, не знают.
- Требуете выслушать еще раз свидетелей задержания? Нужное дело, не сложное, а вдруг что-то новое для ускорения следствия скажут?..
И снова на домашний адрес к родственникам приходили важные на вид и никчемные по содержанию ответы: ничего существенного в показаниях свидетелей нет, и потому оснований для возобновления расследования, к сожалению, тоже нет.
Следствие в рамках уголовного дела по похищению Юсупа Межиева в первый раз приостановили в сентябре 2003 года. Основание: невозможность установить личности преступников. Родственники опротестовали это решение, и расследование возобновили через несколько месяцев. В дальнейшем его приостанавливали с периодичностью раз в три месяца: два месяца как бы расследование, потом приостановка из-за отсутствия новых данных, затем протест родственников в надзорные органы и снова официальная имитация следствия длиной в два – день в день! – месяца.
Вытягивание жил из родственников похищенного человека длилось до января 2011 года, когда они, отчаявшись, решили обратиться в суд с жалобой на бездействие прокуратуры. Но и суд продолжил игру по уводу от ответственности преступников, установить которых при желании можно было сразу и в два счета. Он отклонил жалобу, сославшись на то, что следствие якобы возобновлено и что надо ждать его окончательных итогов.
Но ждать дальше не было ни сил, ни смысла – жена, брат и сын похищенного обратились в Европейский суд по правам человека. В постановлении по делу «Temersultanova and Others, №41884/11» (https://www.srji.org/resources/search/yandaeva-i-devyat-drugikh-zhalob-protiv-rossii/) российское государство признано виновным в неэффективном расследовании обстоятельств похищения Юсупа Межиева, в нарушении его права на жизнь, а также в причинении страданий близким, годами вынужденным терпеть равнодушие, ложь, лицемерие и откровенное издевательство над собой со стороны следственных органов Российской Федерации.
Европейские судьи, действуя исключительно в рамках своей компетенции, не отметили в этом постановлении (как, кстати, и в остальных делах по Чечне), что российские власти на самом деле вполне эффективно канализировали стремление родственников выяснить правду о судьбе похищенного человека, что изначальная цель все этой игры в вечное следствие – это а) увод ответственности виновников преступления и б) подавление воли желающих узнать правду.
Физический террор в отношении одних, эмоциональный и правовой террор против других – это суть того, чем занималась и занимается Россия в оккупированной Чечне. Если же добавить к этому все более усиливающиеся русификаторские поползновения в отношении коренного населения, включая перевод изучения чеченского языка в школах на факультатив, запрет на его использование в детских садах и яслях, отмену выборов как института народного волеизъявления на всех уровнях и феодализацию общества путем привода к власти никем, никогда и никуда не избранных людей по признаку принадлежности к одной семье, то можно в общих чертах представить ту политику «денацификации народных масс», о которой, касаясь планов в Украине в ходе начавшейся войны, год назад уверенно и бесстыдно изливался на РИА Новости путинский публицист Тимофей Сергейцев.
В основу данной статьи легли материалы правозащитных организаций, собранные и обработанные в электронной базе Центра документации им. Натальи Эстемировой (ЦДНЭ). С частью из них можно ознакомиться вот по этому адресу: https://www.nedc-nhc.org/. Его версия на английском языке размещена на сайте Норвежского Хельсинкского комитета: https://www.nhc.no/en/important-looking-envelopes-meant-to-silence-search-for-truth/.
Усам Байсаев
