22 августа 2001 года

***
В ночь на 22 августа группа неизвестных в камуфляжной форме ворвалась в с.Центорой и убила А.М.Сайдукаева.

***

В с.Алхан-Юрт родственниками похоронен Исмаил Авлуевич Хазуев. Он был увезен два или три дня перед этим из своего дома в г.Грозном людьми в камуфляжной форме и в масках, приехавших на автомашине ВАЗ-2106 белого цвета. Точные обстоятельства его гибели и место обнаружения тела неизвестны.

***
В 17.30 в 400 м от р.Терек военнослужащими (в/ч 42839) с БТРа была обстреляна машина КАМАЗ. В результате погибли семилетний А.Джаватханов и Саид Джаватханов, 1956 г.р., и были ранены Айнди Шамилович Джаватханов (сквозное ранение левого плеча), Зайнди Ибрагимов (раздроблена челюсть). Преступники были задержаны, ими оказались старший лейтенант А.А.Сатаров и рядовой Спецов.

Рассказывает Зайнди Ибрагимов: «…Сатаров, старший лейтенант, относился к калиновской комендатуре. Они, оказывается, сопровождали колонны. Он сопроводил колонну до Червленной-Узловой и возвращался оттуда. На базарчике купил себе выпивку, ехал и стрелял куда попало. Когда его допрашивал прокурор Бадмаев, он сказал, что ему не понравился цвет КАМАЗа. На второй день приехали из военной прокуратуры, забрали их (Сатарова и Спецова. – ПЦ «Мемориал») в Ханкалу. Говорят, это не ваше дело, это наше. Военная прокуратура будет разбираться. Мокрицкий требовал, чтоб я прекратил дело, угрожал мне. Он ко мне даже ночью подсылал военных домой. Но я не соглашался на их условия. Они через нашего односельчанина, который работает в Ростове в прокуратуре, предлагали мне 100 000 рублей. Мол, у тебя дом незаконченный, давай, бери деньги, пиши заявление отказное. Я на это не согласился, думал, правосудие будет какое-то, оказалось – не в мою пользу… То переносили, то еще что-нибудь придумывали. Я четыре-пять раз ездил в Ростов. Это было в конце 2002 г. Безвинного этого Спецова (он, как выяснилось, пулеметчик) они посадили; не посадили – просто приговор вынесли три года военного поселения.

Спецову дали команду: три коротких очереди по лесному массиву. А третью – он дал по машине. Спецов на суде говорил об этом. Сатаров же в меня первым стрелял из автомата. Я собрал гильзы с того места, но потом оказалось, что они не из того автомата, вещдок они уже убрали. 

У меня и автомата фотографии есть, все у меня документы есть. Однако Сатаров вообще вышел из-под ответственности, получил звание капитана. Он до сих пор в Шатойском р-не, в Борзое, по-моему, дослуживает. Я обжаловал этот приговор, отправил кассационную жалобу в Верховный суд в Москву, а мне оттуда ответ прислали, что приговор оставлен без изменения. Следователь у меня был Салуев, осетин. Он вызывал меня по повестке и требовал, чтобы я писал отказное заявление. Вызывали меня с преступником (т.е. с Сатаровым. – ПЦ «Мемориал») на очную ставку, а он говорил: «Бери деньги, отпусти меня. Скажи, что я не виноват». А после этого они меня оставили ни с чем. Я уже самому себе не верю».

Из книги «Здесь живут люди», Усам Байсаев, Дмитрий Грушкин, 2006 г.