Четверо сотрудников чеченской колонии рассказали, что не видели, как Зарема Мусаева напала на их коллегу. Об этом они услышали лишь со слов других людей. Однако эти лица – свидетели обвинения по уголовному делу против Заремы Мусаевой.
Также примечательно, что ни один из свидетелей не дал Мусаевой отрицательных характеристик. Начальник колонии только упомянул о двух взысканиях, причин которых вспомнить не смог.
Эти сведение были озвучены на очередном заседании Шалинского горсуда Чечни. Тяжелобольную женщину обвиняют в дезорганизации деятельности колонии (часть 2 статьи 321 УК). По версии следствия, она напала на сотрудника ФСИН Бекбулатова и поцарапала ему шею во время поездки в больницу.
Адвокат «Команды против пыток» Александр Савин напомнил, что во время рассмотрения первого уголовного дела в отношении Мусаевой качество свидетельских показаний было примерно таким же.
«В первом уголовном деле количество очевидцев произошедшего было в разы больше, а показания были крайне противоречивыми. Там аналогичным образом встречались те, кто сам не видел, как Мусаева напала на полицейского при доставлении из Нижнего Новгорода в Чечню, а информация у них была со слов коллег», – поделился защитник.
Зарема Мусаева обвинения в свой адрес отрицает. Ранее на суде она процитировала слова якобы пострадавшего Бекбулатова: «Твои дети пишут всякое, в том числе про меня. Я скажу, что ты на меня напала».
Зарема Мусаева – жена бывшего федерального судьи Сайди Янгулбаева и мать чеченских активистов Абубакара, Ибрагима и Байсангура Янгулбаевых. В начале марта 2024 года Пятигорский кассационный суд смягчил ей приговор по прошлому обвинению, сократив срок заключения с 5 лет до 4 лет и 9 месяцев. В июле 2023 года суд в Грозном признал женщину виновной в применении насилия к сотруднику полиции и мошенничестве и приговорил ее к пяти годам колонии. Следствие считает, что она расцарапала лицо сотруднику полиции из Чечни во время ее доставления из Нижнего Новгорода в Грозный. Правозащитники утверждают, что женщину похитили в качестве заложника и осудили за оппозиционную деятельность сыновей.
