Сегодня «Новая газета» обнародовала заявление по поводу прошедших 9 апреля обысков в своей редакции, после которых был задержан, а на следующий день арестован Тверским судом Москвы журналист издания Олег Ролдугин.

«Новая газета» отмечает, что сотрудника  издания «арестовали не по какому-либо обвинению, а по подозрению в чем-то» и сетует на то, что попытки коллег разобраться за два дня, в чем именно, ничего не дали: «Не стало ясно: ни в чем событие преступления, ни когда оно было совершено, ни кем, ни кто потерпевший от этого неизвестного даже следствию преступления».

Журналист-расследователь «Новой газеты» Олег Ролдугин арестован по обвинению в незаконном использовании персональных данных. Суд в Москве оставил его под стражей до 10 мая. Максимальное наказание по этой статье — 6 лет лишения свободы. 

Решению суда предшествовали обыски в редакции «Новой газеты», прошедшие 9 апреля. Следствие утверждает, что Ролдугин в период с 2025 по 2026 год совершал поисковые запросы на ресурсах с персональными данными, после чего публиковал статьи в Telegram. Сам журналист утверждает, что созданный им информационный канал предназначался для уникальных материалов, не связанных с журналистикой.

Судебное разбирательство опирается на «обращения к ботам в Telegram» как на одно из ключевых доказательств. После задержания Ролдугина правоохранители получили доступ к его мобильному телефону и аккаунтам.

Точная причина преследования остается неясной из-за подписок о неразглашении. Однако, по данным издания «Астра», уголовное дело может быть связано с одной из последних публикаций Ролдугина — о Руслане Алисултанове — помощнике родственника главы Чечни Рамзана Кадырова. В материале указывалось, что он купил пентхаус стоимостью 3,5 млрд рублей на берегу Москвы-реки. 

По данным телеграм-канала ВЧК-ОГПУ, атаки на журналиста-расследователя Олега Ролдугина ведутся, как минимум, с 2021 года. 

«Тогда ему угрожали, требуя удалить ряд постов, в том числе про особняк на Малой Бронной, который занимают крайне непростые жильцы. Он отказался. В результате все его аккаунты оказались в руках неизвестных, включая доступы к банковским счетам. Но деньги «злоумышленников» не интересовали. Канала Ролдугина не стало», — рассказали в ВЧК-ОГПУ.

Ролдугин имеет богатый опыт журналистских расследований, включая руководящие должности в «Собеседнике», где отдел расследований привлекал внимание к элитной недвижимости, принадлежащей, предположительно, через фонды бывшему премьер-министру РФ Дмитрию Медведеву. Газета прекратила свою деятельность после признания «иноагентом» в 2024 году.

В «Новой газете» Ролдугин продолжал работать над резонансными темами, публикуя материалы о людях из окружения Кадырова, бывшем украинском президенте Викторе Януковиче и деятельности Россотрудничества.

Обыск в офисе «Новой газеты» 9 апреля, продлившийся 13 часов, привел к изъятию техники и документов, однако издание заверило, что претензий к редакции у следствия нет. «Новая газета» активно освещала нарушения прав человека в Чечне, что неоднократно приводило к угрозам в адрес ее журналистов.

В комментарии «Медиазоне» писатель и журналист Виктор Шендерович выдвинул версию о том, что «атака на «Новую газету» может быть попыткой Кремля вернуть себе популярность у z-аудитории, заметно раздраженной военными неуспехами и общей деградацией страны, которую уже не списать на либералов».  

Редактор издания The Insider Олег Пшеничный прокомментировал событие следующим образом: «Собеседник» был последней бумажной независимой газетой в России, очень неприятной для Путина. Теперь решили разобраться с самим Ролдугиным, отсюда обыск в "Новой газете"».

Адвокат Виталий Марьясов в беседе с «Медиазоной» подчеркнул, что Олег Ролдугин — первый журналист, подозреваемый в незаконном использовании персональных данных.

«И, по-видимому, не последний. Предполагаемая противоправная деятельность журналиста заключалась в использовании ботов для «пробива». Это первое уголовное дело, возбужденное не в отношении создателей бота, а в отношении его пользователя. Если это так, и правоприменительная практика пойдет по пути признания незаконным использования ботов «пробива», то можно подгонять автозаки к редакциям всех СМИ и загружать всех журналистов — покажите мне хоть одного, кто не использовал такие инструменты», — добавил он.